Статьи по филателии  
Словарь терминов  
Почтовый календарь  
Знакомство с филателией  
Филателистическая география  
Виртуальные выставки  
Форум  
Контакты  
Филателистические сайты  
Журнал "Мир марок"  
Выпуски СССР и России (USSR and Russia)  
"Земство" Каталог Чучина (ZEMSTVO)  
Каталог "Космос в картинках" (Space)  
Каталог "СОЧИ-2014" (Sochi-2014)  



Лучшие предложения у нас - масло тотал
automaslo.com
Надежный кронштейн для прицела
mak-mounts.ru
   
Статьи » | » По категориям » | » По авторам » | » По годам
Поиск публикацийЧто искать:  

 

Знакомство с филателией /

Глава 10. Знаменитые фальсификаторы

Оглавление


Исследовательская филателия, как это ни парадоксально, родилась вместе с фальсификатами. В 1862 году в Брюсселе вышла книга Д. Моэнса «О фальсификации почтовых марок». Несколько месяцев спустя книга вышла в одном английском издательстве и сразу стала предметом изучения. Неточности в книге не ускользнули от внимания 18-летнего англичанина Эдуарда Пэмбертона. Подвергнув книгу резкой критике, он сам составил справочник под названием «Как распознавать поддельные почтовые марки». Публикация работы Пэмбертона утвердила за ним репутацию единственного человека в Англии, который всерьез занялся изучением почтовых марок. Как видно фальсификаторы почтовых марок появились одновременно с первыми почтовыми марками. На первых порах фальсификаторы «работали» в ущерб почте, т.е. занимались почтовыми марками, находящимися в обращении в данный момент.

Первые в мире марки – черный, синие и красные пенни, выпущенные в Англии, печатались в листах по 240 штук – 20 горизонтальных рядов по 12 марок в ряду – и все они отличались друг от друга буквами латинского алфавита, помещенными в нижних углах каждой марки. Буква слева определяла горизонтальный ряд, справа – вертикальный. Автор идеи и издатели обосновывали свою задумку борьбой с фальсификаторами, считая, что полностью повторить печатную форму будет сложно, а частое появление отдельных марок или пар с одинаковыми буквами выявит фальсификацию.

10_15.JPG

На практике оказалось, что «черный пенни» своим цветом просто идеально служит для повторного использования. Красный штемпель на марке черного цвета был виден очень плохо, и экономные граждане вновь и вновь клеили марку на конверт. В конце концов, в 1841 году цвет «черного пенни» был изменен на красный, а цвет штемпеля - стал черным. Подобные инциденты имелись и в других странах. Приведем несколько характерных примеров.

gl10.h2.jpg gl10.h3.jpg

  Пожалуй, классической может считаться операция мошенников, известная под названием «фондовая биржа». Речь идет о подделке английской марки зеленого цвета достоинством в 1 шиллинг, выпускавшейся в 1867 – 1873 гг. Лица, печатавшие эту марку, вступили в сделку с клерком, работавшим в почтовом отделении лондонской биржи в 1872 – 1873 гг. К телеграммам, которые отправлялись оттуда, приклеивалось большое количество 1-шиллинговых марой. Так что клерку достаточно было приносить по утрам целые листы подделок и продавать их здесь же за прилавком или же самому наклеивать эти марки на телеграммы, а плату класть себе в карман. Дело было поставлено на широкую ногу. Считают, что почтовое ведомство потеряло на этом десятки тысяч фунтов стерлингов. Фальшивые марки отличались высоким качеством исполнения, в результате чего обман обнаружился достаточно случайно лишь спустя 25 лет.

10_5.JPG 10_6.JPG
Цифры в середине овала - номер платы.

«В Вильне обнаружена полицией мастерская почтовых марок. При осмотре шкафа и комода найдено несколько коробок с подчищенными марками, но без наклейки с обратной стороны гуммиарабика. По счету марок оказалось более 2600. Были вскрыты секретные ящики комода, в которых обнаружено более 1000 марок, частью уже подчищенных, но без наведенного клея, а частью подготовленных к подчистке. Тут же найдена книжка, из которой вынуто более б00 марок, готовых к обращению. Подчистка произведена настолько искусно, что нет возможности узнать, что эти марки, бывшие уже в употреблении».[1]

Несколько лет тому назад один молодой человек во Франции нарисовал марку с портретом генерала де Голля. Недолго думая, он наклеил свое произведение на конверт и опустил его в почтовый ящик. Он попросту хотел подшутить над почтой. Оказалось, однако, что у служащих французской почты отсутствует чувство юмора, потому что они сразу же оповестили полицию. После энергичного расследования молодого человека арестовали (кстати, он был талантливым графиком) и обвинили в изготовлении фальшивых знаков почтовой оплаты. Ему грозило серьезное наказание, и только благодаря способному адвокату и интеллигентному судье дело легкомысленного «творца марок» было прекращено.

Эти примеры показывают, что почтовые ведомства всего мира энергично охраняют себя от подделок. Но, несмотря на суровые приговоры, время от времени в том или ином государстве кто-либо из «любителей» решается на риск производства фальшивых марок «в ущерб почте». Встречаются такие факты и в настоящее время. Особенно много подделок в ущерб почты появилось в России в момент экономического кризиса девяностых годов. Сильная инфляция рубля вынуждала почту часто менять почтовые тарифы. Печатать почтовые марки с новыми номиналами государство просто не успевало. И почты была вынуждена изготавливать провизории (временные марки) на местах, делая надпечатки на стандартных почтовых марках, имеющихся в наличии, а когда запас подходил к концу изготовлять и суррогатные знаки почтовой оплаты. Вот тут то и появились многочисленные фальсификаторы. Пользуясь тем, что почта не имеет полной информации о марочном творчестве на местах, и, имея доступ к современным полиграфическим средствам, было изготовлена масса фальсификатов, многие из которых выполняли функции знаков п очтовой оплаты, т.е. был нанесен прямой ущерб почте[2].

На фрагменте конверта, прошедшего почту Санкт-Петербурга (январь 1993 года), в качестве знака почтовой оплаты выступает купон «ленинской серии» 1970 года. На нем нанесены надписи «Почта СССР 1990» и номинал «2 руб.».

На втором фрагменте конверта, прошедшего почту из Екатеринбурга в Шауляй (октябрь 1993 года), наравне с почтовыми марками России, наклеен фальсификат из 2-х стандартных марок СССР, на которых сделана на компьютере надпечатка «Екатеринбург – Ekaterinburg 1723 – 1993» и номинал «45 р.».


Однако, как выяснилось, гораздо безопаснее фальсифицировать почтовые марки, которые уже вышли из обращения. В этом случае фальсификатор избегает пристального внимания государства и начинает «работать» с коллекционерами. В истории фальсификации почтовых марок есть свои гениальные, другого слова просто не найдешь, персонажи. С деятельностью некоторых из них следует ознакомиться.

К сожалению, на земном шаре существуют десятки тысяч фальшивых марок, а связанные с их подделкой аферы зачастую достигали миллионных сумм и нанесли колоссальный ущерб, как фирмам, так и отдельным коллекционерам. Иногда подделки марок напоминают подделку картин знаменитых художников. Случалось также, что некоторые марки были так хорошо подделаны, что лучшие эксперты становились жертвами ошибок. Чаше всего марки подделывали с учетом спроса на них со стороны некоторых коллекционеров.

«Королем» фальсификаторов был когда-то Франсуа Фурнье[3] (François Fournier). В конце 19 века на филателистическом рынке неожиданно появились многочисленные подделки самых старых и одновременно самых ценных марок.

Создателем их был некто Луи-Анри Мерсье (Louis-Henri Mercier), который в 1890 г. открыл в Женеве фирму, зарегистрированную на имя Анри Гоэгга (Henri Goegg, псевдоним Мерсье). Основной продукцией фирмы вначале были факсимиле марок швейцарских кантонов, затем к ним добавились и другие марки. Факсимиле отличались высоким качеством воспроизведения деталей и печатались на бумаге того же периода, что и оригинальные марки. Тем не менее, между факсимиле и оригинальными марками имелись некоторые отличия, которые Мерсье описал в опубликованной им в 1893 г. брошюре. В 1894 г. Мерсье перерегистрировал фирму на имя Луи-Анри Мерсье. В то время производство факсимиле не считалось преступлением, более того, они свободно экспонировались на выставках и даже получали награды.

За высокое качество продукция Мерсье была удостоена наград на филателистических выставках в Сент-Этьене (1895), Ницце (1896), Марселе (1896 и 1897), Тулоне (1897) и Лионе (1898). В 1904 году предприятие Мерсье обанкротилось и в мае того же года было приобретено его бывшим партнером Ф. Фурнье.

В 1903 году Фурнье зарегистрировал в Берне фирму, с целью производства и продажи «листов и конвертов с факсимильными репродукциями вышедших из обращения швейцарских и иностранных почтовых марок».  Фурнье считал себя создателем «предметов искусства», позволяющих заполнить пробелы в коллекциях филателистам, не имеющим возможности приобрести подлинные марки.

В мае 1904 г., после банкротства Мерсье, Фурнье приобрел нераспроданные остатки его продукции, которые также пустил в продажу. В 1910-13 гг. издавал журнал «Факсимиле» («Le Fac-Simile»), в котором рекламировал свои изделия. Последний прайс-лист Фурнье (1914) предлагал 3671 факсимиле, многие из которых не имели соответствующего предупреждающего текста. Он даже выдвинул своеобразную «теорию», оправдывающую  необходимость факсимиле.  В то время были модны альбомы с изображениями марок всех существовавших тогда государств мира. Мечтой каждого филателиста было заполнить все свободные места в альбоме. Основываясь именно на таких амбициях коллекционеров, Фурнье умело их использовал, утверждая в своих статьях, что каждый филателист обязан, всеми возможными способами, стремиться к заполнению альбома и что помещение в него ненастоящих марок не является постыдным. Наоборот, это здоровое и понятное стремление.

Статьи Фурнье вызвали волну протестов, но одновременно раздавались и голоса одобрения. Именно этого он и добивался, поскольку как протесты, так и одобрение способствовали рекламе и успеху фирмы. Следует, таким образом, признать, что это не был обычный подделыватель, а подделыватель с открытым забралом. Он не скрывал характера своей продукции и выпускал ее легально, в соответствии с тогдашним правом. Другое дело, что подделки Фурнье продавались как оригинальные марки там, где это удавалось. И дела его процветали до самого начала первой мировой войны.

Фурнье подделывал почти все, что в филателии заслуживало внимания и, разумеется, приносило доход. Он оперировал целой гаммой возможностей, осуществлял полные и частичные подделки, подделывал надпечатки, его перфорационные машины наносили на марки размеры зубцовки, на которые был наибольший спрос на рынке, а поддельные штемпеля на фальшивых марках – он занимался и этим – дополняли перечень его «способностей».

После начала Первой мировой войны бизнес Фурнье пришел в упадок. В 1917 г., после смерти Фурнье, дело попытался продолжить его секретарь Ш. Хиршбургер (Charles Hirschburger), но успеха на этом поприще не добился. Однако смерть Хиршбургера не полностью покончила со знаменитой типографией. В ней оставались еще запасы фальшивок, которые попадали на филателистический рынок.

В 1927 году Женевский союз филателистов ( l’Union Philatélique de Genève) выкупил у его вдовы нереализованные факсимиле, а также оборудование для их производства. В ходе осмотра этого «наследства» оказалось, что только до начала первой мировой войны в типографии было напечатано около 4 тысяч различных фальсификатов, размноженных тиражами, размеры которых уже нельзя было определить. В дальнейшем они были использованы для создания 475 так называемых «Альбомов Фурнье», содержащих образцы фальшивых марок и гашений. 17.09.1928 года все оставшиеся материалы бывшей типографии Фурнье (матрицы, клише, штемпеля и т. д.) повредили, чтобы их нельзя было больше использовать, и передали в Женевский исторический музей.

 Альбомы разослали многим экспертам и филателистическим обществам как документацию для выявления описанных фальшивок. Такова история одной из крупнейших типографий фальшивых марок. А «альбомы Фурнье» изредка появляются на филателистических аукционах и сразу же находят своих новых хозяев. Причем из-за их редкости чаще всего на аукционах появляются отдельные листы из этих альбомов. Иллюстрации нескольких листов перед Вами.

10_11s.JPG 10_12s.JPG
10_13s.JPG 10_14s.JPG
Листы из альбома Фурнье.

В 1909 году в филателистической печати впервые появилось имя следующего гениального фальсификатора - Жана де Сперати (Jean de Sperati). В то время оно было почти неизвестно, и первые читатели репортажа в «Веrliner Вriеfmarken Zeitung», конечно, не предполагали, что речь идет о крупнейшем фальсификаторе марок. «Фальшь работы Сперати – это настоящая марка, только сделанная немного лучше» – такое высказывание одного филателиста как нельзя лучше характеризует деятельность Сперати и ее результаты.

В 20 – 30-х годах филателистические журналы не раз сообщали о распространяемых Жаном Сперати и его братом Мариано коллекционных марках как об опасных подделках. Сам Сперати расценивал свою продукцию как произведения искусства, считая себя никоим образом не фальсификатором, а художником. Он подделывал не только марки, но и гашения, надпечатки, образцы и даже цельные вещи. Последние были особенно трудны для распознавания, так как во многих случаях Сперати печатал поддельные изображения на подлинной бумаге с водяными знаками. Это делалось путем удаления оригинального рисунка, в то время как подлинные водяные знаки и даже гашения оставались нетронутыми. Лишь способ печати помогал филателистам распознать фальшь Сперати. Он всегда использовал литографию, в то время как многие оригиналы печатались металлографией. Таким образом, настоящая трудность для экспертизы создавалась лишь в тех случаях, когда подлинные марки также изготовлялись литографией.

Расцвет деятельности Сперати пришелся на послевоенный период. После 1945 года ни у кого не вызывало удивления или подозрений неожиданное появление различных филателистических раритетов. Во время войны многие коллекции были разграблены и теперь стали объектом торговых махинаций. Кроме того, люди, разоренные войной, продавали сохранившиеся собрания марок.

Все шло своим чередом «филателистический Рубенс», как он себя сам называл, работал и на рынках регулярно стали появляться различные редкости, появление которых связывали с последствиями мировой войны. Но однажды Сперати решил поехать с «товаром» в Испанию. На границе французский таможенник нашел в чемодане путешественника коллекцию марок. Поскольку французские правила предусматривают пошлину в зависимости от стоимости марок, как ввозимых, так и вывозимых, таможенник задержал не указанную в декларации коллекцию. Таможенное управление, не зная ценности марок, вызвало эксперта. Оказалось, что в коллекции имелись марки колоссальной стоимости! Коллекция была задержана. Однако Сперати не особенно огорчился и заявил потрясенным таможенникам, что марки не представляют никакой ценности, потому что все они фальшивые. Вновь пришлось вызывать экспертов. Мнения разделились. Одни специалисты признали марки настоящими, другие – прекрасной имитацией.

Среди прочих эти марки исследовал известный шведский коллекционер Имре Вайда. Именно он определил, что марки Сперати – блестящие подделки. Особенно внимательно он стал изучать шведские марки и с большим удивлением обнаружил у Сперати десять экземпляров самой редкой шведской марки 1855 года. Речь шла об известной 3-скиллинговой марке желтого цвета (вместо зеленого). Эта уникальная марка известна в единственном экземпляре[4] а здесь сразу десяток прекрасных экземпляров.

Сперати был задержан, а его коллекция конфискована. Примерно в то же время выяснилось, что Сперати нелегально высылал за границу крупные партии марок из Франции. Он не отрицал и этого, утверждая, что экспорт имитаций марок не запрещен и не карается законом.

Сперати предстал перед парижским судом. Процесс доставил много трудностей как обвинению, так и защите, и прежде всего – судьям. В ходе судебного разбирательства оказалось, что во французском кодексе имеются многочисленные лазейки, а скорее, устаревшие положения. Дело в том, что, когда принимался этот кодекс, слово «филателия» не было известно. Что же говорить о положениях, касающихся порядка вывоза за границу имитаций марок! В конце концов, он был оштрафован на символическую сумму в 5 тысяч франков. Видимо, с него сняли и обвинение в намеренном обмане филателистов, тем более что Сперати написал и издал брошюру под названием «Филателия без экспертов», в которой пытался доказать, что при современных технических средствах можно сфабриковать подделку, распознать которую невозможно. В качестве доказательства того, что марки не настоящие,  он сделал еще три аналогичных комплекта, представив их суду. В результате Сперати был оправдан, хотя ему и пришлось все же заплатить небольшой штраф за действия, нарушающие нормальный режим работы таможни.

Для того, чтобы предотвратить распространение опасных подделок, в 1953 году  Джон Гарри Робсон  Лоу (John Harry Robson Lowe) - английский эксперт по поручению Британской филателистической ассоциации, выкупил у Сперати весь запас его фальшивок и используемых материалов за сумму порядка 40 тыс. долларов.«Орудия труда» Сперати и его фальшивки были помещены в филателистический музей. К сожалению, процесс Сперати, вызвавший многочисленные дискуссии среди юристов, до сих пор не привел к модернизации французского кодекса, и он не предусматривает наказания за подделку марок в ущерб коллекционерам.

Предметом особой гордости Сперати были изготовляемые им пробы с клише. Они представляли собой изображения, отпечатанные в центре большого листа картона или бумаги. Под рисунком почти на всех листах стояла подпись самого Сперати. Такие пробы он делал далеко не для всех своих подделок, и, конечно, они встречаются гораздо реже, чем его «массовая продукция».

10_9.JPG 10_10.JPG

В декабре 1974 года на аукционе английской фирмы «Стенли Гиббонс» впервые появилась целая коллекция – 455 экземпляров различных «проб» Сперати. Трудно представить, что такая коллекция вообще могла быть собрана, настолько редки многие из представленных в ней листов. Она дала современным филателистам широкое представление о «поле деятельности» Сперати. Выяснилось, что он фальсифицировал 358 марок и 1635 штемпелей из 96 стран мира. Цена каждого листа на аукционе определялась в 30 и 40 фунтов стерлингов, тем не менее, интерес к подделкам Сперати оказался выше, чем к подлинникам. Ими заинтересовались не только филателисты тех стран, подделки которых были представлены на аукционе, но и многочисленные коллекционеры поддельных марок, исследователи истории почты и филателии.

10_7.JPGЧтобы подчеркнуть место Жана Сперати и истории филателии, следует отметить, что в Мадриде состоялась, как сейчас говорится, персональная выставка фальшивых марок и штемпелей, изготовленных Жаном Сперати в 1930-48 годах. Наибольший интерес он проявлял к маркам Испании, из которых подделал 47 штук. На выставке были представлены различные фальсификаты и подлинные экземпляры. Испанская почта отметила экспозицию памятным штемпелем с надписью «Филателистическая выставка Жана Сперати. 15-18 марта 1983 года. Мадрид».

В 1955 году в Лондане была выпущена книга с описанием творчества Сперати. В 2001 году вышло второе дополненное издание этой книги. По сравнению с первым изданием в нем дополнена информация о 102 марках, 23 штемпелях и еще многое другое. На страницах этой работы подробно описываются "шедевры" знаменитого Сперати.

10_8.JPG

Когда было сказано, что марками Сперати на Лондонском аукционе очень интересовались коллекционеры поддельных марок, то это была не оговорка. Действительно существует такая группа филателистов.

Например, шведский филателист Вилкштром посвятил 27 лет коллекционированию поддельных почтовых марок. Когда же он решил продать свою коллекцию фальсификатов в 1975 году, то эксперты установили, что почти половина из его собрания состоит из подлинных экземпляров. Такой вот курьез! Кстати, вы можете верить или не верить, но некоторые поддельные марки стоят гораздо дороже своего подлинного экземпляра[5].

«Произведения» Сперати популярны и в наше время. Чтобы выяснить продаются ли они на современных аукционах, я зашел на популярный интеренет-аукцион Ebay. Набрав для поиска фразу «Sperati» и мгновенно получил список лотов работы Сперати (поиск произведен  3 ноября 2008 года). Как видите, цены на марки работы Сперати весьма внушительны. А иногда они даже выше, чем цены в каталоге Скотта.

10_0.JPG

А чтобы понять, как выглядят эти работы, посмотрите на некоторые из этого списка. Здесь все очень натурально, и рисунок и штемпеля.

10_2.JPG 10_3.JPG 10_1.JPG

Ну а фальсификаторы знаков почтовой оплаты существуют и в настоящее время. А иногда и сами коллекционеры, в погоне за редкостями, побуждают изготовлять все новые и новые редкости. Приведу отрывок из книги братьев Ульямс[6] с описанием виртуального диалога Ф.Феррари и членов злодейского лондонского триумвирата фальсификаторов, вошедших в историю под именем «лондонской шайки». Они открыто торговали своим хламом и даже нагло рекламировали его в таких выражениях: «Продажа всех видов факсимиле, поддельных надпечаток и гербовых марок. Лондон, Каллам-стрит, 1. Фальшивки любой категории поставляются по первому требованию».08_1.JPG

 Несмотря на всю неприглядность лавки, ее часто посещали видные филателисты, в том числе и Феррари. Нет сомнения, что шайка считала его своей жертвой, но скорее можно предположить, что Феррари, склонный к филантропии, просто закрывал глаза на истинный характер некоторых своих покупок, лишь бы незаметно оказать финансовую помощь «фирме», всегда стаявшей на краю банкротства. Фред Мельвиль (известный английский коллекционер и журналист), приводит типичный разговор:

Феррари (входит): Доброе утро, господин Сарпи! Есть у вас что-нибудь для меня?

Сарпи (в раздумье): Думаю, что есть. Перевернутая надпечатка на марке Стрэйтс-Сеттльменте. (Замолкает, затем говорит громче). Послушайте, Бэн, есть у нас перевернутая надпечатка из Стрэйтс? Господин Феррари хочет взглянуть на нее.

Бенджамии (из-за перегородки): Кажется, есть Сарп. Сейчас проверю. (Через несколько минут он передает марку Сарпи, Тот показывает ее Феррари, который берет марку). Феррари: Нет ли у Вас марки, с двойной надпечаткой, одна из которых перевернута?

Бэнджамин (за перегородкой): Была где-то. Да где же она? (Небольшая пауза, во время которой Бэнджамин изготавливает нужную марку) ...

[1] «Сын отечества», 20 сентября 1896 года.

[2] Хотя объектом фальсификации, по моему мнению, выступала все же не почта, а коллекционеры.

[3] Интересная закономерность. «Король филателистов» - Филипп Феррари. «Король фальсификаторов» - Франсуа Фурнье. Наверное, это судьба.

[4] Смотри главу «Легендарные марки»

[5] В истории филателии известен такой факт. Гравер Вальтер Фишер из Сент-Этьена (Франция) в продолжение многих лет занимался фальсификацией почтовых марок. Но в отличие от своих «коллег по профессии» он интересовался только теми марками, о которых было точно известно, что они фальшивы. Например, подлинная почтовая марка номиналом 15 сантимов выпуска 1880 года стоила в 6 раз дешевле, чем ее редкая фальшивая копия. Копии таких марок и создавал Фишер. На суде он заявил, что не может быть обвинен в преступлении, так как продавал свои изделия именно как фальшивые марки. Суду не осталось ничего иного, как согласиться с ним.

[6] Л. и М.Ульямс «Почтовая марка, ее история и признание» М. «Связь», 1994 год

Оглавление

Разработка «Наш ГОРОД»